Каменные кресты Шершенцов: наследие вековых традиций

В селе Шершенцы история словно разворачивается на открытом воздухе — здесь можно увидеть каменные кресты, установленные рядом с колодцами, вдоль дорог и на старом кладбище. Некоторые из этих крестов имеют более двухсот лет и сохраняют в себе следы родовой памяти, веры и местных традиций, которые формировали быт жителей этого региона.

Исследователи вместе с краеведом Людмилой Александровой изучали эти сакральные знаки: их символику и связанные с ними обряды. Такие локальные исследования помогают глубже понять, почему в Шершенцах повсеместно устанавливаются кресты рядом с источниками и какое значение они имели для местных жителей.

Одним из ключевых событий для общины является Рахманский Великдень — старая украинская традиция, о которой продолжают рассказывать местные старожилы. Устные предания о празднике перекликаются с этнографическими исследованиями и известными письменными упоминаниями.

Людмила Александрова прекрасно ориентируется в селе: знает каждую тропинку, помнит легенды о целебных источниках. Она может многое рассказать о жизни односельчан и местных верованиях.

«Я сожалею, что не успела узнать многое у своих предков», — делится Людмила. — «Теперь я нахожу старожилов, слушаю их воспоминания и изучаю историю родного края. Особенно вдохновила меня работа с Дмитрием Скориком, который переехал в наше село из Одессы и заинтересовался местным наследием».

Дмитрий проявил интерес к памятникам края, традициям и старинным крестам. Особенно его привлекла Панская криница с постоянно голубой водой — он вместе с учениками школы провел ее очистку. Приобрев дом в селе, он обнаружил старинный каменный крест во дворе и перенес его к источнику рядом со своим огородом, таким образом отдав дань уважения местным традициям, где почти у каждого колодца установлен крест.

Дмитрий мечтал создать туристический маршрут по шершенецким тропам, но его планы нарушила пандемия и война: семье Скориков пришлось уехать за границу. Однако интерес к сохранению наследия подхватила Людмила.

«Я заметила разнообразие крестов не только в нашем селе: их можно встретить вдоль дорог, на перекрестках, у капличек и источников. Для украинцев крест — это и оберег, и память о покойных, и символ веры и надежды на воскресение. Они отличаются формой, количеством концов и декором, и это часто имеет тематическое или теологическое значение», — объясняет Людмила.

Она добавляет, что разнообразие крестов, особенно на старом кладбище, может заинтересовать археологов, религиоведов и искусствоведов, ведь по форме, орнаментам и символам крестов можно многое узнать о тех, кто их заказывал и устанавливал, а также о культурных традициях региона.

Одним из заметных памятников является крест Гандзиев, который включен в туристический маршрут «Шпаків шлях». В селе сохранились предания о Мироне Мироновиче Гандзие, который когда-то побывал в Иерусалиме.

Согласно преданию, дед Мирон вернулся из Иерусалима «с попами и с большим каменным крестом, для себя на могилу». Крест перевозили на возе, запряженном волами. На нем вырезаны дата рождения, фамилия, имя и отчество. Также видны распятие, ангелы, чаша, кухлик и другие символы, которые могут быть расшифрованы учеными.

Семья Гандзиев была состоятельной: имела мельницу и большое хозяйство, но в советское время все это было разрушено, а самих Гандзиев репрессировали и выслали в Карелию. По рассказам, благодаря молитве семья выжила в тяжелых условиях и вскоре вернулась в Шершенцы. В селе до сих пор живет правнучка Мирона и его праправнук.

Иногда корни находят случайно: «Я показываю фотографию куме, а она говорит: „Это мой прадед“», — рассказывает Людмила. — «Вот так возникают неожиданные связи».

Историк Владимир Пивторак, который посещал Шершенцы в рамках подготовки проекта «Шпаків шлях», отметил, что иерусалимский крест ощутимо отличается от местных тесаных образцов — это видно даже на ощупь.

На шершенецком кладбище сосредоточена целая коллекция надгробных каменных крестов. Достоверно неизвестно, делались ли они для чиновников или для простых крестьян.

По словам Людмилы Александровой, в селе работали свои мастера-камнеобработчики: Прокіп Кіпер, Кузьма Дем’янов и Пантелеймон Александров — дед ее мужа. Кресты старые, и мастерам уже тогда были известны месторождения гранита и других пород камня.

Кроме иерусалимского креста, старая часть кладбища усеяна каменными памятниками. Некоторые из них погрузли в землю, и их размеры трудно определить; крест 1850 года считается здесь самым старым. На большинстве из них нет надписей.

«Каменотесы вырезали кресты из камня, который находили в окрестных залежах. Деды были, в основном, неграмотными, но их работы интересны — с узорами, с Иисусом, с местом для лампады. Есть один крест, который стоит, словно наклоненный — говорят, он униатский», — рассказывает краевед.

Людмила демонстрирует крест, вырезанный в форме дерева с обрубленными ветками и без верхушки. Что это значит?

«Дерево символизирует вечность, связь жизни и смерти, а обрезанные ветки напоминают о прерванности земного существования. Отсеченная верхушка означает, что похоронен последний представитель рода — конец линии», — объясняет она.

Согласно свидетельствам старожилов, размер креста зачастую зависел от достатка семьи покойного: чем более состоятельная семья, тем больше памятник.

«Кто мог заплатить каменотесу, тому делали кресты под два метра; для детей делали меньшие. Тем, кто умер во время голодомора, иногда вообще ничего не ставили — не было ни сил, ни средств», — продолжает Людмила, приводя семейные примеры.

В селе почти у каждого колодца высится крест; часто рядом оставляют кухлик для путников.

«Колодец — это не только место для утоления жажды, он объединяет людей. Например, у колодца под названием „Три хреста“ собираются на Троицу — Зеленые праздники. Воду, освященную на Зеленые праздники, считают целебной: ее пьют натощак для исцеления, ею окропляют скот», — говорит краевед.

Колодец назван «Три хреста», потому что он был освящен на Троицу и рядом с ним установлены три креста.

Когда из Польши в эти края переселялись люди, преимущественно выходцы из западной Украины, они принесли с собой свои обычаи. У источника за селом была установлена капличка и высечен крест 1866 года. С тех пор здесь сохранилась традиция на Пасху пускать скорлупу от крашенок по воде реки Билоча.

«Моя бабушка говорила: скорлупу с пасхального яйца нести к реке — „Пусть течет к рахманам, чтобы они знали, что пришла Пасха“. Рахманы празднуют, когда к ним доплывет скорлупа», — вспоминает краевед.

По словам профессора-этнографа Степана Килимника, Рахманский Великдень исторически известен преимущественно на территории Украины.

«Семья моего мужа жила у колодца — это старое, намоленное место. Четвертой среды после Пасхи сюда собирались люди из окружающих молдавских сел, чтобы отпраздновать и набрать святой воды. Отец моего мужа, Григорий Александров, говорил: „Это не просто празднование колодца. Это — Рахманский Великдень“», — рассказывает Людмила.

«Еще Нестор-литописец в „Повести временных лет“ упоминал рахманов. О них есть упоминание и в „Велесовой книге“. Рахманы представляются как добропорядочный и праведный народ, который уч